Максим Покровский ("HoLy Свело"): "Облако пыли придумали сектанты!"

Автор: Ada 20.04.2010 23:19

16 апреля атмосферу Клуба Кури Бамбук взорвала культовая московская команда "Ногу Свело". Хороший звук, профессиональные музыканты, гарантированное качество, в программе сплошные хиты - всё это уже давно стало визитной карточкой группы. Редкий гость в Калининграде, Максим Покровский дал интервью нашему порталу.

Интервью, вопреки заведённому порядку, началось после концерта, и, несмотря на очевидную усталость, в процессе интервью Максим Покровский много шутил, смеялся и пел своим замечательным звонким голосом свои любимые песни. Разговаривал много, вежливо и охотно.

Общение с прессой Максим начал первый, не дожидаясь вопросов.

- Спасибо этому заведению! Звук был очень хороший, нам его специально доставляли, уважили. И наш звукорежиссёр Андрей очень долго им занимался, прилаживал. Поскольку у нас специально был доставлен лишний звук, и это требовало больших работ. Всё было очень успешно, спасибо большое.

- В связи с природным катаклизмом (В этот день произошло извержение вулкана в Исландии, из-за чего были закрыты аэропорты по всей Европе – прим. ред.) как вы добрались?

- Когда случаются истории со словом «катаклизма», мы убираем «ката» и оставляем … Всё нормально было, но говорят, что мы летели сегодня единственные, последние. Аэропорт уже был официально закрыт, когда мы прилетели.

- Вы от концерта к концерту устаёте от своих песен?

- Нет, это прекрасно, что от концерта к концерту песни не надоедают. Работать с ними на репетициях, конечно, было бы скучно, а на концертах – нет. Работаем на репетициях с тем, что раз в сто лет играем, и это нужно освежить в памяти.

Я, наоборот, положа руку на сердце, люблю проверенные песни в концертах, их технически исполнять легче. Я люблю стоять, думать о чём-то хорошем. Это ни в коем случае не признание в нерадивом труде, наоборот, некое подтверждение того, что играть легко и приятно. Это происходит именно со старыми проверенными песнями.

У нас есть новая песня «Марсианский вальс», мы его несколько раз уже опробовали на публике, но с нас 7 потов сходило пока мы его играли. Не потому, что надо сильно прыгать, а потому, что степень сосредоточенности и неуверенности достаточно велика. Я могу предположить, что это тяжело для любого музыканта, но для меня в большей степени. Потому, что петь и играть одновременно на бас гитаре, легко можно делать только на автомате, нет времени на принятие решений, работает только мышечная память.

- Как вы относитесь к тому, что многие русские группы поют на английском?

- Я считаю, что у музыки нет языка, паспорта, гражданства, границ. Музыке не надо выдавать визы, не нужно стоять в очереди к посольствам. Если кто-то поёт на английском языке из коммерческих соображений, в надежде пробиться на западно-европейский, американский, мировой рынок, то пусть они это делают, флаг им в руки. Потому, что, пробиваясь на интернациональную сцену, люди, как минимум, будут ориентироваться на нечто интернациональное. В нашей стране, к сожалению, не на что ориентироваться. У меня на этот счёт своё мнение.

- Какие музыкальные коллективы повлияли на ваше творчество?

- Все не отечественные. А в юности любил – ABBA, Boney M. С тех пор прошло достаточно много времени. Талантливейших коллективов огромное количество, музыка, она вокруг, она настолько красива, настолько многообразна, её надо только услышать.

- А когда выйдет в свет ваш сольный альбом?

- Он на 60 процентов уже готов, треки существуют в виде «полудемо». Я попробовал свои силы с «Шоппингом» (сольная композиция Максима Покровского - прим. ред. ), но рынок у нас совсем унизился. Сейчас конечно можно напрячься, порвать себя на всевозможные знаки и символики, выдать проект на рынок, но на это уйдёт огромное количество сил, а выхлопа не будет никакого. И я сейчас даже не о деньгах говорю, я о том удовольствии и об обратном разочаровании. Я не знаю, что сейчас можно делать на этом рынке и, извините меня за наглость, рынок, в том состоянии, в каком он сейчас находится, не достоин моего нового проекта. Там столько музыки, которой я горжусь, и её никто не слышит…

- Расскажите, пожалуйста, про Вашу бас-гитару?

- Спасибо огромное за вопрос. Мне очень приятно, когда мне задают вопросы про мой инструмент, потому, как это имеет отношение к моей профессии, но на самом деле, я не очень увлечённый басист.

Сейчас у меня в арсенале три боевых инструмента. Два четерёхструнных. Один из них называется Fender Jazz Bass. Другой – Modulus модель Flea (именная модель басиста группы Red Hot Chili Pepers – прим. ред.), он достаточно знаменит. Третий у меня рабочий пятиструнный Schecter, модель очень борзая, называется Baron.

В запасе у меня лежит инструмент, с которым я долго не мог найти общий язык, Fender Precision Bass. Я на нём записал для последнего альбома пару неплохих басовых треков.

И один ручной работы, ему лет 17, а то и больше, он такой кандовый, но очень хороший. Сделан парнем из города Мытищи.

- А как так вышло, что вашим инструментом стала бас гитара?

- А во дворе был басист урод, и кому-то надо было взять бас (смеётся – прим. ред.)

- Что вы можете посоветовать из своего опыта по работе со звуком бас-гитары?

- В бас-гитарных педалях, процессорах, и остальных устройствах преобразующих звук я не большой специалист. Я глубоко уверен, что любому музыканту, играющему на электронном, электрическом инструменте, гитарист, басист, клавишник, очень полезно знать элементарное устройство синтезатора. Схему, по которой он работает, потому, что преобразование или создание звука происходит по одной общей схеме – извлечение звуковой волны, прохождение её через какие-то частотные фильтры, всевозможные модуляции этих волн и этих фильтров, с последующим усилением и выходом звука нам в уши или в динамик, куда угодно. Соответственно, возможность и необходимость изучить элементарный одногенераторный синтезатор является для нас школой из школ.

Когда мы полтора года назад приглашали на работу нового клавишника, к нам приходили люди с какими-то навороченными синтезаторами, например Yamaha, с огромными количествами новомодных звуков. Я просил их: «Извлеките мне пожалуйста пилообразную волну?», которая по-английски называется «saw». И люди ничего не понимают, тыкают в разные кнопки. А любой человек, который работает с электрическим или электронным звуком, на мой взгляд, должен знать, что такое «wave form», как работает волна, как она фильтруется, как она идёт на выход. Всё остальное, такая то примочка, такая то педаль, такая то кнопочка, такая то ручка, изучается в три минуты, если есть основы. Если знаешь алфавит, то складываешь буквы в слова.

-У вас хватает время на общение с семьёй? Такое ощущение, что вы постоянно в разъездах: концерты, участие в телепроектах.

- Да всё нормально, всё успеваю. Вы же понимаете, что проекты не каждый день. Что касается концертов, их много, но это моя основная работа. Какая разница, куда папа пошёл, на завод или в больницу удалять грыжи, или в клуб месить на гитаре.

Гастроли - тоже вещь достаточно быстрая, существуют самолёты. Ну да, сегодня появилось это пресловутое облако, которого на самом деле нет, и его придумали сектанты… (смеётся – прим. ред.)

Да конечно, всего очень много, и график очень плотный и ощущение бездомности порой появляется, но это ощущение бездомности, связанное с переездами, самолётами и поездами, оно ничто, по сравнению, с ощущением бездомности внутри.

- Спасибо вам огромное, Максим! Приезжайте к нам ещё!